bocharoff (bocharoff) wrote,
bocharoff
bocharoff

НЕ ВЕРЮ

В последнее время на форуме Экслера приходится вступать в бурные дискуссии с фэнами экранизаций комиксов, которые находят в них глубочайшие философские подтексты. В итоге у меня экспромтом родился небольшой трактат на заданную тему.

Прикурил сигару, и в дыму попробую сформулировать, почему духовные, экзистенциальные и философские проблемы персонажей "Хранителей" и того же "Темного рыцаря" мне кажутся надуманными и не окупающими даже выеденного яйца.


Любой умный жизненный вопрос (если это не абстрактная философская глупость класса "жизнь - переоцененный феномен") обычно авторами и мыслителями решается в приложении к конкретному человеку или группе людей. Именно тогда он представляет интерес для нас, читателей и зрителей.
Нам не обязательно стопроцентно ассоциировать себя с героями и ситуациями, но нам очень важна логика их поведения и то, насколько найденные ими пути и решения применимы к нашей жизни. И даже их фиаско тоже не должно оставлять нас равнодушными.

Отбрасывая произведения реалистов (от Толстого до Феллини), с пониманием и освоением которых особых проблем нормальный человек испытывать не должен, обратимся к более тяжелому жанру - философии экстрима. То есть когда берется какая-то маловероятная в обыденной жизни ситуация, и автор прослеживает поведение героя в ней.


Тут возможны разные варианты. Например, мой любимый Франц Кафка создавал в корне абсурдную ситуацию, помещал в нее одного и нескольких персонажей и наблюдал, как они будут выкручиваться ("Замок", "Превращение", "Процесс").
Курт Воннегут внедрял персонажей в научно-фантастические перипетии, и оставлял за ними право вершить свою жизнь как они сочтут возможным.
Маркес в "Сто лет одиночества" описывал совершенно реальный мир, но придавал ему слегка искаженные углы, о которые герои то и дело спотыкались.
И так далее.
Но при всем этом все эти персонажи - даже у Кафки - всегда были настоящими людьми из крови, плоти и с нормальным, или почти нормальным, доступным читателю построением мыслей. Среди них нет сумасшедших с вывернутым наизнанку мозгом.
Даже у Кена Кизи в "Полете над гнездом кукушки", в окружении белых стен и решеток сумасшедшего дома, в центре повествования находится вменяемый человек, с житейской моралью и понятными жизненными приоритетами.

О чем мы думаем, читая все эти книги? Или просматривая в 2001-й раз "Космическую одиссею 2001 года" или даже "День сурка"? Правильно - как бы мы поступили на их месте, в чем была их ошибка, в чем была их правда, и можно ли сделать из всего произошедшего глубокие выводы для себя лично.

Но герои большинства комиксов - это следующая, более глубокая стадия отрыва от реализма. Они берут неестественных персонажей (сумасшедших, инопланетян, мутантов и далее по списку), кладут их в противоестественную среду, и выдумывают для них сверхъестественные испытания.
В хороших комиксах (или их экранизациях) авторы стараются придать героям некую жилку реализма, какие-то человеческие черты, чтобы читатель и зритель все же мог себя хоть как-то ассоциировать с этими персонажами. Для некоторых потребителей этого жанра такой фокус срабатывает. Но для многих (осмелюсь сказать, что для большинства) - никак нет.
Но важно даже не это. А то, что получившиеся в результате такого творческого эксперимента философские, житейские и экзистенциальные выводы не несут в себе ни малейшего практического смысла. Слова и поступки могут казаться очень красивыми, и даже мудрыми, но в них прикладного значения не более, чем в философском трактате, написанном под ЛСД.
Хотя бы в одной из трех компонент - человек-социум-мир - должен быть заложен мощный фундамент для реалистичной философии. Возьмем для примера "Железного человека". Он живет в нашем мире, он из плоти и крови, ему не чуждо ничто человеческое, и люди его окружающие тоже далеко не мутанты с Юпитера. Потому крохотные крупицы жизненных проблем (в данном случае - сколь оправдана в этом мире миссия человека, производящего оружие) вызывают интерес и их имеет смысл обсуждать почти на полном серьезе за чашечкой пива.
Теперь пусть мне объяснят, что можно на полном серьезе обсуждать в поведении Джокера - персонажа, который умудряется быть в любой момент времени где угодно (нам не объясняют как), чья логика поведения поддается осмыслению лишь психиатру с большим стажем, который не похож ни на нас, ни на кого из наших знакомых, и который орудует в городе, где людей не беспокоит ничто кроме того, чем занимается ушастый человек в плаще. Где в этом нагромождении абстракции мы должны уловить крупицы истины?
Даже если нам преподносится какая-то важная философская мысль, почему мы должны ей верить? Она ведь рождена из абсолютно абсурдных и ложных предпосылок, откуда в нас должна появиться внутренняя уверенность, что эта мысль - истина? Кто выступает гарантом истинности учения?
Гарантом должна быть логика. Но никакая общечеловеческая логика не может строиться на утверждении, что дважды два равно семь. А в "Бэтмэне" и "Хранителях" дважды два даже больше, чем семь. И все участники действа с этим согласны.

В "Превращении" Кафки у нас есть две предпосылки. Истинная и абсурдная. Истинная - действие происходит в самой обыкновенной семье. Абсурдная - человек непроизвольно превращается в насекомое. Происходит столкновение двух переменных операндов, которое влечет за собой длинную цепочку логических операций, в итоге которых побеждает полный реализм: абсурдному насекомому нет места в нашем мире.
В "Процессе" итог другой, но тоже абсолютно логичный - нормальному человеку нет места в мире абсурда.
И то и другое - суть истинные суждения. Это действительно пример гармоничной и логичной философии.

А что мы должны получить из философии комикса, где абсурдное сравнивается с абсурдным? Абсурд. И где здесь включать мозг, чтобы искать истину?
Tags: кино тяжело но достойно
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 53 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →